Да, им нужна вся Пиллея, от этого никуда не деться; да, власти над ними мы уже не получим; но посмотри, что происходит, старик: ведь и в рабов ффины уже никого не обращают. Они не забирают скот и продовольствие, нет. Они приходят в села и вместо этого покупают то, что селяне хотят им продать. Они строят громадные площади, где торгуют всем подряд, даже не имея на руках товаров или денег, но обмениваясь обязательствами. Ты думаешь, смерть моих братьев, смерть Суи, за которого они полегли, ты думаешь, это все было напрасно?.. Нет. Не было… То, что происходит, это и будет миром, за который они сражались, за который отдали свои жизни… А то, что мир этот принесут нам не людские, а ффинские легионы… Наверное, ради того, что будет, можно переступить через то, что было, как ты думаешь?.. Старик смотрел на людей, которые сидели в тот вечер у костра, и видел лишь потупленные взгляды. Никто больше не хотел войны. Никто не хотел умирать ради того, ради чего можно было жить. Ффины уже не были врагами для этих торговцев, они стали для них деловыми партнерами. Школы они строят… Торговлю ведут… У ффинов просто не хватит сил для прямого наступления на Клэровскую армию и на подавление партизанских бунтов в тылу. Ффинской армии нужен провиант — и они получают его, получают за ту же цену, как и во время грабежа; просто средства, которые пошли бы на содержание карательных отрядов, они тратят на доставку из своих миров редких здесь товаров. Школы… Да для себя они строят эти школы, для себя, и когда погаснет последняя искорка сопротивления в Гриффе, когда электроника последнего бэттлбота будет выведена из строя мобильными лазерными излучателями, кровавая Варфоломеевская ночь воцарится на земле. Людей, так послушно идущих к протянутой ффинской руке, больше не будут гладить по загривку, их попросту перебьют всех, кроме тех, разве что, кого оставят для разведения женщин… Ффинам не нужен мир с людьми, если они спокойно могут получить этот мир и без людей… Сколько из ффинов понимает внутреннюю тождественность двух рас? Сколько из ффинов сможет понять, что две стороны листа являют собой Одно, хотя различные письмена покрывают их? Сколько осознает, что Пиллеи хватит на всех? Не осталось таких более. Суи хотелось кричать от невыносимой боли, которая терзала каждый его нерв. «Пройдет совсем немного времени — и человеческие головы будут снова нанизаны на колья вокруг деревень… кровью будут нарисованы перевернутые пентаграммы на дверях домов, внутри которых будут умирать изнасилованные женщины!.. Пройдет всего немного времени — и тьма покроет миры, и не останется больше света!!! Пройдет совсем немного времени — и…» Детская рука, стискивающая его ладонь… Белые от напряжения пальчики… Молящие о молчании глаза… Старик медленно поднялся и так же медленно направился прочь от горящего костра: ему захотелось побыть одному… — Ты, наверное, многих потерял на этой войне, — крикнул ему вслед купец, и Старик, дернувшись, замер, будто бы окаменев. — Многих, — хрипло ответил он наконец и пошел дальше. — Слишком многих… Через некоторое время купец — тот самый, что защищал ффинов, — отыскал старика и сел рядом с ним на границе света от костра и темной ночи, которая наваливалась со всех сторон. — Что ты предлагаешь нам, Старик? — спросил купец тихо. — Что, по-твоему, мы можем сделать, скажи?.. Долго ждал он ответа, но старик молча смотрел во тьму своими утратившими цвет глазами… Торговцу ответила маленькая девочка, тихо подошедшая к ним и со вздохом присевшая у ног старика. Она посмотрела на купца грустно, даже слишком грустно для такой маленькой девочки, улыбнулась ему и сказала: —Наверное, вы все еще можете молиться.

НазадК оглавлениюДалее















Хостинг «Макснет Системы»