Мечи

Два Меча оказались рядом, случайно оставленные никогда не расстающимися с ними хозяевами. Солнечный свет, падающий из окна, сиял на широкой дуге ятагана, а тень от откоса плавно кралась вдоль лезвия двуручника, деля его на две равные части. Казалось, Мечи давно знали друг друга и давно искали этой встречи, но в то же время, встретившись, они были угрюмы и молчаливы. — Таки пришел, — первым не выдержал, как всегда, нетерпеливый ятаган, — таки пришел к нам… — Я пришел в Грифф, — сухо поправил его двуручник. — Но ты же знал… Ты же не мог не знать… — О чем?.. Блик света соскользнул с одной грани двуручника и был поглощен гранью другой: — Я до сих пор ничего не знаю… Ятаган, казалось, насупился: — Шутки шутишь… дурачком прикидываешься, будто не видишь, что опять начинается. — Домыслы, — казалось, вздохнул двуручник. — Одни лишь сплошные домыслы. Все, о чем ты говоришь, закончилось тогда же, когда и началось, закончилось навсегда. Нет никаких «опять». — Но это же второй шанс, — злился ятаган. — Как ты не понимаешь, что это второй шанс, данный нам, чтобы закончить начатое?.. — Второй шанс?.. — казалось, усмехнулся двуручник. — Глупо искать второй шанс там, где не было даже первого. И в ответ удивленному молчанию ятагана продолжил: — Мы никогда и ничего не начинали, так же как не нам все это и заканчивать. Мы никогда и ничего не решали, мы даже не имеем возможности управлять боем, потому что лишены способности передвигаться. Мы монстры, как ты не можешь понять? Живые Клинки… Как мертвое может быть живым?.. — Но… Но ведь именно так и должно быть, и мы не просто металл… Мы — это Знак Божий, Знак людям, что их борьба будет победоносной, ибо если даже Клинки их ожили, то как могут умереть они сами… — Смертны все, — тихо проговорил двуручник. — И мой хозяин, и твоя хозяйка, и мы с тобой. Даже мир, в котором мы живем, и тот смертен. Смысл жизни никогда не заключался в бессмертии, но лишь в том, чтобы запечатлеть в бессмертии свое предназначение. Беда нашей стальной Семерки именно в том, что своего предназначения не знает ни один из нас. — Я знаю, — вспылил ятаган. — Мое предназначение — это то, ради чего меня ковали. Смерть… нескончаемая смерть ффинов, вот что это. Их смерть — до тех пор, пока моя хозяйка сможет подымать навстречу их ужасу мое отточенное лезвие. А после… — А после, — перебил его двуручник, — будет другая хозяйка или другой хозяин. Так ведь? Их ведь множество — тех, кто может унести тебя в своей руке. Это ты у нас такой один — особенный… Сколько раз за эту невероятную погоню Райси рисковала жизнью, когда ее кровь гудела безумным призывом твоих горящих ненавистью рун? Сколько раз ты был готов пожертвовать ею только ради того, чтобы зарубить еще одного ффина или послать через свое тело еще одно заклинание?.. Сколько раз сам ты оказывался на грани смерти или, что еще хуже, плена, ффинского плена?.. Сколько раз ты становился глух к гласу своего рассудка ради того, чтобы свежая кровь омыла твои древние письмена… Это ли Предназначение?.. — Мы должны поступать так! Пылинки дернулись над ятаганом, словно от невыносимой боли. — Мы должны быть готовы пожертвовать всем, что имеем, ради…

НазадК оглавлениюДалее















Хостинг «Макснет Системы»